Капром в Тюмени: архитектура 90-х как культурный код

Вдоль улиц Республики и Ленина в Тюмени взгляд цепляется за разнообразие зданий: жилые дома, офисы, бизнес-центры и корпуса вузов. Многие из них выделяются необычными формами, обилием стекла, металла и кирпича, а также яркими фасадами и оригинальными деталями.

Эти постройки представляют период с 1991 по 2012 год, который урбанисты называют «капиталистическим романтизмом» или сокращенно «капромом». Специалисты активно исследуют это наследие, спорят о его ценности и рассматривают возможность создания путеводителя по местным образцам стиля.

Редакция 72.RU посетила открытую лекцию, посвященную капрому, в центре современной культуры «Золото+Болото». Участники обсудили, какие многоэтажки могут стать частью культурного кода города и как изменить отношение к этой архитектуре.

Кандидат исторических наук Игорь Стась, старший научный сотрудник Центра урбанистики ТюмГУ, отметил, что осмысление капрома началось в конце 2010-х годов. Один из авторов термина, Даниил Веретенников, посетил Тюмень и высоко оценил местный капиталистический романтизм.

Стась пояснил, что Тюмень входит в число всего пяти городов России с уникальными масштабами и формами капрома. Эта архитектура существенно повлияла на градостроительное развитие города на рубеже веков: исторический центр был снесен, но его уличная сеть сохранилась и реализовалась в новых формах.

Архитектор и аспирант Центра урбанистики ТюмГУ Владимир Ротбергер считает, что капромовские здания не заслуживают пренебрежения. По его словам, это не «ужасные монстры», а объекты с высокой художественной выразительностью, которые требуют понимания и любви к городу.

Работая над современными проектами, Ротбергер заметил контраст: сегодняшние здания строги и минималистичны, с ограниченной палитрой. В капроме же авторы стремились к высокохудожественному выражению, и таких примеров в Тюмени много.

Первым объектом стал жилой дом с офисами у улицы Грибоедова. Владимир Ротбергер сравнил его с «ходячим замком» из мультфильма Хаяо Миядзаки, отметив обилие декора и конструкцию на «ножках».

Другой многоквартирный дом напомнил лектору кролика: с «глазками», «ушками», зеркальным остеклением и сочетанием фиолетового, белого и желтого цветов. Такое решение фасадов вызвало его искреннее восхищение.

Здание в конце улицы Республики архитектор назвал «космическим кораблем», приземлившимся в городе, с башенками, изгибами и характерными деталями. Также он обратил внимание на обилие геометрических форм, треугольников и квадратов, выступающих за фасады.

Эксперты выделяют в тюменской архитектуре «замковость» и «цитаделизм»: многие здания напоминают крепости с башнями и пирамидками. Эти элементы — не случайность, а осознанные архитектурные приемы, отсылающие к Тюменскому острогу.

Ротбергер с иронией заметил, что к некоторым домам «страшно подходить — начнут стрелять», имея в виду их суровый облик. Один из объектов с исторической отсылкой — новое здание, где сохранили фрагмент старой стены и фасад, интегрировав их в современный объем.

Помимо этого, специалисты находят в капроме переклички с греческими и римскими ордерами: капители, портики и сложнопрофильные карнизы, увенчанные башенками, требуют высокого мастерства.

Рассматривая образцы застройки, Ротбергер подчеркнул, что капром составляет значимую часть городской идентичности Тюмени, наряду с логом реки Тюменки. Реконструкцию деревянных домов он оценил критически, назвав её превращением в «кукольные домики», которые теряют аутентичность.

В заключение лектор посоветовал тюменцам «переспать с этой мыслью»: гулять по городу, внимательно рассматривать фасады и щупать стены, чтобы понять, что в капроме «не всё так просто».